Адский план на Ньирагонго

Кен Симе - заядлый скалолаз и бывший профессиональный горный гид. Он не любит города, не переносит толпы людей и одевается так, словно вся его жизнь - большой пеший поход. Вулканология никогда не была безопасным делом: за последние 30 лет на вулканах погибло более двух десятков ученых. На правой руке Симса шрам, полученный на сицилийской горе Этна: рубашка приплавилась к коже. Профессор Университета Вайоминга, Симе живет в городе Ларами с женой и двумя детьми. Его отличают невозмутимость и аналитический склад ума. Кажется, что он всегда на работе. Однажды Симе начал писать статью прямо на скатерти в ресторане и, просидев над текстом до трех часов ночи, забрал скатерть домой.

Дарио Тедеско - темпераментный итальянец, пристально следящий за модой, и неисправимый гурман. Даже в экспедицию к Ньирагонго, куда брали только самое необходимое, он прихватил большую стеклянную бутылку лучшего оливкового масла. Тедеско живет в пригороде Рима с женой, дочерью, тремя собаками и пятью кошками. Говоря о Ньирагонго, ученый даже не пытается сохранить видимость академического бесстрастия. «Не секрет, что я люблю Гому, - признается он. - Но больше всего на свете я боюсь совершить ошибку: не предсказать извержение».

Симе первым отправляется ко дну кратера, фиксируя тросы на скалах. Остальные движутся за ним. Ньирагонго находится в Восточно-Африканской рифтовой системе - поясе разломов, где Африканская плита медленно растягивается и разрывается надвое, поэтому вулкан постоянно тревожат микроземлетрясения. Мелкие камни то и дело с шумом сыплются со стенок кратера. Куски скал, размером с двухэтажный дом, качались, словно готовые выпасть молочные зубы. Казалось, что гора вот-вот развалится на части.

Команда разбила лагерь на широком карнизе в 250 метрах от кромки кратера, сотней метров выше кипящего озера. Выступ был покрыт толстым слоем спекшегося пепла, испещренным капельками вулканического стекла и усыпанным «волосами Пеле» - стекловидными нитями, названными по имени гавайской богини вулканов. От выступа исходило тепло: одежду, оставленную на ночь в палатке, утром вынимали оттуда, как из сушильного шкафа.

Ежедневно лава выделяет около 6,3 тысячи тонн двуокиси серы - основного компонента кислотных дождей; воздух в кратере был ядовит, наполнен парами кислот и едких аэрозолей. Сотрудникам экспедиции пришлось надеть противогазы. За несколько дней замки на застежках-молниях заржавели, линзы фотоаппаратов помутнели.

На карнизе Тедеско и Симе развернули маленькую полевую лабораторию. В синем ящике с мягкой обивкой лежал газоанализатор для измерения концентрации метана, углекислого и угарного газов. Прибор размером с обувную коробку - RAD7 - предназначался для слежения за уровнем радона. Вакуумный насос в ржавом патронном ящике улавливал выбросы вулканических газов - фумаролы.

Куски скал, размером с двухэтажный дом, качались, словно готовые выпасть молочные зубы. Казалось, что гора вот-вот развалится на части.